После спектакля «Странная история доктора Джекилла и мистера Хайда» зрители остались в зале, чтобы вместе с создателями постановки поговорить о спектакле, его героях и о том, что скрывается за первым сценическим планом.
Премьера спектакля состоялась в конце прошлого сезона и сразу привлекла внимание необычной фантазийной формой, атмосферной сценографией Ольги Левенок и сложной темой двойственной природы человека.
Повесть Роберта Льюиса Стивенсона, написанная в XIX веке, удивительным образом перекликается с идеями, которые позднее стали важнейшими для психологии и психоанализа: с темами бессознательного, подавления внутренних импульсов, расщепления личности и её теневой стороны. В этом смысле история Джекилла и Хайда оказывается почти идеальной художественной иллюстрацией архетипа Тени.
Неудивительно, что после спектакля у зрителей оказалось множество вопросов. Как родилась идея постановки? Как актёру существовать сразу в двух противоположных образах? Что скрывается за загадочным персонажем Странной истории? И почему современные технологии органично соседствуют на сцене с викторианской эпохой?
Первым о создании спектакля рассказал режиссёр Глеб Черепанов. Как возникла идея поставить произведение, которое изначально не является драматургическим текстом?
«В появлении этой постановки для меня действительно есть что-то мистическое. Когда мы с директором театра Ольгой Эдуардовной Соколовой заговорили о новом спектакле, возникла идея вновь открыть Грот-зал, где долгое время не было постановок. И почему-то именно „Странная история доктора Джекилла и мистера Хайда“ сразу возникла в разговоре. Здесь не было никаких сомнений. Для меня это был большой творческий вызов. В основе истории — превращение, которое должно происходить буквально на глазах у зрителя. А в камерном пространстве Грот-зала зритель находится от актёра на расстоянии вытянутой руки. Никакими техническими средствами такое превращение не сделаешь. Поэтому всё происходит через Артиста! И это был тот самый настоящий сочинительский процесс вместе с актёром, который мы, режиссёры, всегда ищем».
Отдельно зрители спросили о видео, которое используется в спектакле и неожиданно соединяется с атмосферой викторианской эпохи.
«Видео для меня — просто одна из красок театра. Мы ведь давно не удивляемся декорациям, гриму или свету. Сегодня мы живём в мире гаджетов, они буквально стали нашей третьей рукой. Почему театр должен это игнорировать? Я люблю театр именно за то, что он способен вобрать в себя всё: традиционные и новые формы, разные виды искусства. Он всё это перерабатывает и превращает в свой язык. Для меня это и есть одна из главных особенностей театра».
Одним из главных героев вечера стал, конечно, Андрей Харенко, исполнитель ролей Джекилла и Хайда. Зрители спрашивали, кого из двух персонажей играть интереснее.
«Хайд даёт удивительное ощущение свободы. Это актёрская свобода, когда можно отпустить себя и делать то, на что в обычной жизни ты не решился бы. Но Джекилл мне тоже очень интересен. Это совершенно противоположная сторона, и в ней есть своя внутренняя жизнь, в которую можно глубоко погружаться. А на вопрос, влияет ли Хайд на других моих персонажей, я бы ответил: наверное, да. В каждом человеке в каком-то смысле есть свой Хайд. Поэтому, думаю, у каждого моего героя тоже есть его собственная теневая сторона».
Особое место в спектакле занимает персонаж, который так и называется — Странная история. О своей роли рассказала Мария Киселёва.
«Глеб позвонил мне и сказал, что есть интересное предложение. А это, наверное, мечта любого артиста. Я пришла в очень горячий период, когда спектакль уже был на выпуске. Глеб поставил задачу: нужно создать что-то такое, чтобы зритель задавал вопросы. Рисунок роли рождался буквально на каждой репетиции. Я больше действовала из чувств и ощущений, ведь мой персонаж должен вносить в линейное повествование совершенно иррациональный элемент. А кем именно я являюсь, каждый зритель может решить сам. Для кого-то это исполнительница пантомимы, для кого-то персонаж, который метафизически связан с Хайдом. Мне нравится, что здесь нет единственного ответа».
Александра Гладкова, исполнительница роли старухи и Люси, рассказала об исповедальном эпизоде спектакля, который родился из разговоров артистов на репетициях.
«Мы много говорили о том, в какой момент человек начинает разделять в себе светлое и тёмное, откуда это вообще появляется. Есть ли это в каждом из нас? В какой-то момент мы пришли к мысли, что в детстве все мы очень открытые, беззащитные, чистые. И Глеб предложил каждому принести свою историю — тот момент, который когда-то стал переломным. Делать это было непросто: речь шла о старых обидах и травмах. Но когда я рассказываю эту историю со сцены, чувствую, что понемногу исцеляюсь. Мне кажется, она очень точно легла на образ моей героини — танцовщицы с трагической судьбой».
У спектакля есть и свой комик. Николай Гонтар, исполнитель роли дворецкого Пула, рассказал, как придумывал своего персонажа.
«Когда начинаешь работать над новой ролью, очень интересно изучать человека, придумывать детали, находить свои маленькие „фишки“. Мой Пул очень любит мистику, он вообще человек немного чудной. Я даже придумал ему целую биографию: мне кажется, он смотрит „Битву экстрасенсов“, причём, скорее всего, все сезоны. Любит знаки, прислушивается ко всему необычному. И я предложил несколько деталей реквизита, которые, как мне кажется, ему очень подходят».
Артисты отдельно поблагодарили постановочную часть и театральные цеха. В спектакле множество костюмов и грима, а внешность персонажей меняется прямо на глазах у зрителя. Переодевания происходят стремительно, и за сценой в этот момент идёт не менее напряжённая работа. Именно слаженность всей команды — артистов, костюмеров, гримёров, реквизиторов и постановочной части — позволяет сохранять стремительный ритм спектакля и мгновенно переносить зрителя из одной сценической реальности в другую.
Евгений Поляков, исполнитель роли Уотерсона, обратил внимание на другую линию спектакля — постепенное изменение своего героя.
«Мой персонаж очень рационален, поэтому эту историю я во многом вижу его глазами. Мне кажется, Стивенсон действительно опередил своё время, выводя в центр истории тему бессознательного. Для меня важно, что Уотерсон сначала просто наблюдает за происходящим, а затем сам начинает меняться. Он получает своеобразное наследство от Джекилла, но использует его уже по-своему. Поэтому, возможно, впереди у него совсем другая история».
И хотя спектакль рассказывает довольно мрачную историю, за кулисами у его создателей совершенно другое настроение.
«Да, это тёмная история, в ней есть своя тёмная энергия. Но у нас всегда очень праздничное настроение. Мы с большой любовью приходим на эту работу и встречаемся друг с другом" — поделилась исполнительница ролей Эммы и Сюзи Анастасия Привалова. Также она рассказала о том, как в спектакле появились женские образы и неожиданный диалог со Стивенсоном:
«Когда я прочитала первоисточник Стивенсона, сначала даже расстроилась: женских персонажей и женских линий там практически нет. Я думала: что же я буду играть? Но потом мы начали встречаться с режиссёром и артистами, разговаривать о главной боли, которая могла бы быть общей для всех героев этой истории. Из этих разговоров постепенно стали рождаться новые истории и этюды.
В какой-то момент появилась идея, что в метафизическом пространстве спектакля могут встретиться Стивенсон и Достоевский, которого английский писатель очень ценил. Так в постановке появился большой фрагмент из произведения Достоевского, который исполняю я».
Константин Сакович, исполняющий роли сэра Керью и Энфилда, поделился впечатлениями от работы над спектаклем:
«Эта работа помогла мне понять, что я могу гораздо больше, чем думал. И ещё раз убедиться, какие невероятно творческие люди работают рядом. Глеб создал очень плодородное поле для своих идей и для наших. То, что зритель сегодня видит на сцене, — это только верхушка айсберга, самые „сливки“ из огромного количества поисков, придумок и творческих экспериментов. А ещё я решил, что в каждом спектакле буду рассказывать новый анекдот. Они пока не повторяются».
Завершила встречу директор театра Ольга Эдуардовна Соколова. Она отметила, что особая ценность «Зрительского клуба» для театра заключается именно в возможности продолжить разговор после спектакля.
«Сегодня я чувствую, что всё, что звучит от артистов и зрителей, действительно важно для всех, кто собрался здесь. Возникает ощущение особого круга: зрители хотят остаться, быть открытыми, задавать вопросы, а наши артисты готовы говорить о своей работе честно и подробно. Для руководителя театра это настоящее счастье. Я являюсь инициатором этого спектакля и чувствую большую гордость за его создателей. И речь не только об актёрах. За каждым спектаклем стоит огромная работа художественно-постановочной части, всех театральных цехов и тех, кто каждый день работает со зрителем. Это уже четвёртая встреча «Зрительского клуба». Мы обсуждали «Грозу. Апокриф», «Таську», «Федру» — совершенно разные спектакли, созданные на разных сценических языках. Но каждый раз разговор получается особенным, эмоциональным и очень живым.
Мне кажется, каждое сценическое произведение находит своего зрителя — того, кто готов задавать вопросы, слушать и размышлять. И я рада, что сегодня мы расстанемся с новыми мыслями, которые, надеюсь, приведут зрителей сюда снова».
Благодарим нашего замечательного модератора — начальника отдела организации работы со зрителями Елизавету Фролову за живую, искреннюю беседу. Следите за новыми встречами с актерами других спектаклей на странице «Зрительского клуба»
Ждём вас в «Школе драматического искусства» — продолжать разговор.
Фото — Наталия Чебан