Традиционные постановки этой оперы, в которой блистали Мария Каллас и Галина Вишневская, по сути, можно слушать с закрытыми глазами: ведь певица сидит на одном месте, не отрываясь от телефонной трубки. Но в спектакле Игоря Яцко все иначе: все-таки это не столько опера, сколько тщательно продуманная драматическая постановка. На сцене постоянно что-то происходит. Компанию героине Марии Зайковой составляет телефонистка, эта роль досталась аккомпаниаторше, сидящей за инструментом. Разговаривая с любимым, героиня то уходит вглубь большой комнаты, похожей на танцевальную студию (ее пространство создал художник Игорь Попов), то приближается вплотную к зрителям. Кроме того, по ходу пьесы она переодевается: темно-красное платье меняет на траурно-черное и закрывает глаза черной повязкой. И, наконец, актриса действительно ведет разговор.

Слов героя мы, конечно, не слышим, но их смысл легко понять по интонациям ее ответов. А еще спектакль напоминает компьютерный гипертекст с множеством ссылок. Те, кто не раз бывал в «Школе драматического искусства» и видел постановки ее отца-основателя Анатолия Васильева, узнают
фирменный стиль театра. Героиня Зайковой аристократически изящна и нежна, как ее же Татьяна-муза в спектакле «Из путешествий Онегина». В интонациях актрисы порой сквозит отчаяние Настасьи Филипповны или трагическое безумие Медеи, уничтожающей окружающий мир из-за того, что она не может в нем быть вместе с любимым.

В финале спектакля мир действительно рушится у нас на глазах: изящные черно-белые обои разрывают на части мощные ветродуи. Игорь Яцко превращает сюжет о покинутой женщине из мелодраматического в мифологический. И неслучайно — ведь мифы были излюбленной темой Жана Кокто.